25 Март 2019

Частные тюрьмы — единственный сектор экономики Великобритании, которому не страшен Брексит

Частные тюрьмы — единственный сектор экономики Великобритании, которому не страшен Брексит

Когда в августе 2018 года в Бирмингемскую тюрьму ее Величества – крупное частное пенитенциарное учреждение в центральной части Великобритании – нагрянули проверяющие из министерства юстиции, они оказались потрясены увиденным: следы крови и рвоты повсюду на полу, надзиратели, забаррикадировавшиеся в своих кабинетах и спящие в часы обхода, и заключенные, свободно разгуливающие по территории, причем явно в состоянии наркотического опьянения. В какой-то момент глава инспекционной группы Питер Кларк (Peter Clarke) настолько надышался парами наркотиков, что был вынужден выйти из жилого корпуса. В своем письме по итогам проверки, адресованном министру юстиции, он также упоминает, что чуть ранее на той же неделе, были подожжены автомобили проверяющих, хотя они располагались на охраняемой стоянке для персонала тюрьмы.

Через две недели после визита проверяющих власти Соединенного Королевства использовали чрезвычайные полномочия, чтобы национализировать Бирмингемскую тюрьму, забрав ее у частной компании G4S, которая управляла исправительным учреждением с 2011 года. Великобритания занимает второе место по количеству заключенных, содержащихся в частных коммерческих тюрьмах, после Австралии, в два раза опережая по этому показателю США. Практически 20% из 82 000 заключенных в Англии и Уэльсе содержатся в тюрьмах под управлениями трех частных компаний: G4S, Serco и Sodexo. А в сфере иммиграционной высылки, услуг по транспортировке и конвоированию заключенных частный сектор представлен ещё шире. Аналогичная ситуация наблюдается в области надзора за условно осужденными и содержания камер предварительного заключения при полицейских участках. Представитель G4S заявила, что у компании нет «оправданий» недавно вскрывшейся ситуации в Бирмингемской тюрьме, добавив, что обстановка в четырех других тюрьмах под управлением G4S гораздо лучше.

Лейбористы, которые сейчас представляют оппозицию в Великобритании, обвинили частные тюремные компании в том, что они идут в обход правил для увеличения прибыли, и пообещали обуздать их. «Получение прибыли от содержания людей в тюрьме аморально», — говорит теневой министр юстиции лейборист Ричард Бергон (Richard Burgon), . По крайней мере, ещё три другие оппозиционные партии тоже выступают против коммерческих тюрем. Критики этой системы указывают на череду скандалов уже после бирмингемского, в том числе крах в феврале 2019 года крупного частного поставщика услуг в области надзора за условно осужденными Working Links. Согласно отчету министерства юстиции Великобритании, компания Working Links поставила под угрозу «профессиональную этику», произвольно устанавливая статусы риска заключенных для достижения своих целей. А после того, как в 2013 году в ходе проверки выяснилось, что G4S и Serco выставляли счета за наблюдение за заключенными, которые на тот момент уже умерли или уехали из страны, в отношении деятельности этих двух компаний по осуществлению электронного мониторинга было возбуждено расследование о мошенничестве. В Serco утверждают, что после аудита внутренние процедуры подверглись изменениям. Представители G4S заявили, что «в полном объеме сотрудничают» со следствием.

Первая частная тюрьма была открыта в Великобритании в 1992 году на фоне усиления полицейских полномочий и ужесточения законов о вынесении наказания в тот период, когда пост премьер-министра занимал консерватор Джон Мейджор (John Major). В интервью в 1993 году Мейджор заявил: «Обществу нужно немного больше осуждать и немного меньше понимать». Его начинания затем продолжил преемник Мейджора, лейборист Тони Блэр (Tony Blair). С тех пор число заключенных в Англии и Уэльсе (без учета Северной Ирландии) почти удвоилось. В Шотландии вначале наблюдалась схожая тенденция, когда количество заключенных с 1990 года выросло более чем на 60%, но потом оно начало падать. А за тот же период в Ирландии оно увеличилось примерно на 80%.

За последние 25 лет общий уровень преступности снизился, чего нельзя сказать о количестве убийств, нападений с использованием холодного оружия и грабежей, что потенциально составляет серьезную проблему для и без того перегруженной полиции и пенитенциарной системы. В прошлом месяце трое подростков в Бирмингеме были зарезаны; это лишь один из случаев в целой серии подобных убийств, которую руководство британской полиции и политики окрестили национальной эпидемией.

Некоторые воспринимают сочетание приватизации тюрем и растущего числа заключенных как предвестие смутного времени. «Общая динамика имеет зловещее сходство с ситуацией в США», — говорит директор Института государственного и местного управления при Городском университете Нью-Йорка и бывший комиссар исправительных учреждений Нью-Йорка Майкл Джейкобсон (Michael Jacobson). В США самый высокий показатель общего числа заключенных в мире, значительно превосходящий Великобританию и Австралию вместе взятые. «Мы уже видели этот сценарий, и ничего хорошего в итоге не вышло», — продолжает он. Только за пять лет с 2014 по 2018 год количество серьезных нападений в английских и уэльских тюрьмах увеличилось на 130%, а случаи умышленного причинения вреда себе почти удвоились.

С другой стороны, сторонники приватизации тюрем утверждают, что коммерческие компании располагают большими возможностями в этой связи. Государственный министр по делам уголовно-исполнительной системы, бывший министр международного развития и основатель неправительственной организации в Афганистане Рори Стюарт (Rory Stewart) от интервью отказался, но написал в электронном письме, что государственные и частные тюрьмы сталкиваются с проблемами в равной мере и что частный сектор «сыграл важную роль» в системе правосудия, и пообещал, что эта практика будет продолжаться. В прошлом году, выступая в британском парламенте, Стюарт заявил, что стремится к тому, чтобы число заключенных в Великобритании сократилось, но в ближайшем будущем это вряд ли произойдет.

Бывший директор государственной тюрьмы в Шотландии, а ныне управляющий частной тюрьмой Темсайд, расположенной на юге Лондона и принадлежащей компании Serco, Крейг Томсон (Craig Thomson) говорит, что практикуемый в частном секторе подход его покорил. По его словам, в Темсайд нет «бюрократических проволочек», свойственных государственной системе, численность персонала в два раза ниже, чем в сравнимой государственной тюрьме, а значительная часть бюджета тратится на благоустройство, включая оснащение спортзала и установку компьютеров в камерах. На днях заключенные Темсайд выразили удовлетворение условиями в тюрьме, а некоторые даже утверждали, что предпочитают Темсайд старым государственным тюрьмам Лондона. «Если Serco получает небольшую прибыль, а ее услуги при этом обходятся дешевле, чем содержание тюрьмы государством, то в чем же проблема?» — спрашивает Томсон.

В прошлом году Рори Стюарт объявил о планах строительства еще шести тюрем, в которых разместят до 10 000 заключенных. Подтверждая свою приверженность приватизации, он заявил парламентариям, что на управление тюрьмами будут проводиться тендеры с участием коммерческих компаний и тюрьмы будут оставаться в государственном управлении лишь в том случае, если ни одна компания не предоставит удовлетворительного предложения. В ноябре 2018 года Стюарт подтвердил, что первые две тюрьмы, которые планируется открыть в течение ближайших трех лет, будут в частном управлении. Бывший финансовый директор британской Государственной пенитенциарной системы Джулиан Ле Вей (Julian Le Vay) подсчитал, что сумма по договорам на управление тюрьмами в течение следующих десяти лет может превысить $6 млрд, частично за счет договоров, срок действия которых истекает истечет в ближайшей перспективе и которые охватывают тысячи мест для заключенных. При этом британское правительство либо перезаключит их, либо будет управлять тюрьмами самостоятельно. «Это не может не вызывать интерес у тех, кто занят в этом бизнесе», — говорит Ле Вей.

Ричард Бергон говорит, что если по итогам следующих выборов в 2022 году, или даже раньше, если Брексит окончательно ослабит правительство консерваторов, Лейбористская партия, к которой он принадлежит, придет к власти, то лейбористы предпримут все усилия по расторжению заключенных нынешним правительством договоров на управление тюрьмами с частными компаниями – о чем лейбористы предупреждают операторов тюрем уже сейчас. Официальный представитель компании Serco Маркус де Виль (Marcus De Ville)заявил, что в компании пока не «воспринимают серьезно» предупреждения лейбористов, и добавил, что если Британия прекратит разорвет договоры с Serco, то компания сфокусирует свое внимание на работе в других странах, в частности в Австралии.

Между тем будущее Бирмингемской тюрьмы остается неопределенным. Парламент все еще пытается разобраться, что именно пошло не так, хотя в ходе предыдущего расследования, начатого после беспорядков в 2016 году, было установлено, что имела место «хроническая нехватка персонала», а заключенные «были предоставлены сами себе». После подавления беспорядков в G4S был разработан план по повышению уровня безопасности. Сейчас парламентарии от оппозиционных партий призывают компании обнародовать численность служащих частных компаний-операторов тюрем. При этом Государственная пенитенциарная система Великобритании уже регулярно отчитывается о численности персонала, а три частных компании отказались сообщать такую информацию, мотивируя это тем, что это составляет коммерческую тайну. Этим летом британское правительство рассмотрит вопрос о возвращении Бирмингемской тюрьмы в управление G4S.

Депутат парламента от оппозиции и сопредседатель рабочей группы сотрудников пенитенциарных учреждений Лиз Савиль Робертс (Liz Saville Roberts) говорит, что недостаточная прозрачность не позволяет политикам осуществить тщательную проверку того, как частные компании управляют тюрьмами. «Нам нужно понять, возможно ли повторение бирмингемского сценария в других частных тюрьмах», – говорит Робертс.